• Есть вопросы?

  • Звоните:

  • 8 (812) 454-46-51





Бизнес и новый вид мошенничества?

 

Ст. 159 УК РФ "Мошенничество", а если быть точным – Уголовный кодекс РФ к концу 2012 года обогатился новацией на тему мошенничество в предпринимательской деятельности (сфере). Введена статья 159.4 УК РФ (не путать со ст. 159, ч. 4 УК РФ). Ее диспозиция выглядит так: «Мошенничество, сопряженное с преднамеренным неисполнением договорных обязательств в сфере предпринимательской деятельности». Максимальная санкция – до 5 лет лишения свободы. Замысел вроде бы самый лучший – существенно (по сравнению с основной, ст. 159 УК РФ) снизить меру наказания за чрезмерное корыстолюбие при занятии бизнесом.

Смущает лишь одно: в новом составе на первый план вынесен совершенно новый для хищения признак – "преднамеренность неисполнения обязательств». Практикующие адвокаты по уголовным делам о мошенничестве в Санкт-Петербурге хорошо знают, что сама по себе норма основной ст. 159 УК РФ довольно расплывчата и вполне безнаказанно позволяет заинтересованным лицам из правоохранительных органов «кошмарить» предпринимателей. А тут на тебе: введен новый и весьма многообещающий состав с элементом в виде преднамеренности неисполнения гражданско-правовых обязательств.

И как бы этот элемент на практике не стал лучшим и единственным критерием для понимания состава мошенничества в сфере предпринимательской деятельности.

Что такое преднамеренность неисполнения гражданско-правовых обязательств?

В постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 27 декабря 2007 г. N51 «О судебной практике ...» понятие преднамеренности напрочь отсутствует. В Уголовном кодексе до сего дня это понятие было употреблено лишь единожды в статье 196 УК «Преднамеренное банкротство», и выглядит оно следующим образом: «… совершение руководителем … юридического лица либо индивидуальным предпринимателем действий (бездействия), заведомо влекущих неспособность юридического лица или индивидуального предпринимателя в полном объеме удовлетворить требования кредиторов…». Для адвоката по мошенничеству в Санкт-Петербурге понятно, что один и тот же термин в одном и том же уголовном кодексе не может толковаться по разному. Таким образом, преднамеренность в лучшем случае будет означать «совершение руководителем … юридического лица либо индивидуальным предпринимателем действий (бездействия), заведомо влекущих неисполнение договорных обязательств».

Например, ты – посредник, и принял от заказчика деньги, но потратил их не на размещение заказа у поставщика, а на другие хозяйственные цели. Тут же тебе сразу отыскивают статью в Уголовном кодексе. Логично? Вполне, если больше у тебя за душой ничего нет.

А если ты как посредник ожидаешь очередных финансовых поступлений от контрагентов, и именно их совершенно честно планируешь перенаправить поставщику под тот самый заказ? Собираться ли в тюрьму, если контрагенты вовремя не перечислили деньги?

Проблемы правоприменения

Боюсь, что в каких-то проблемных хозяйственных взаимосвязях никто особо разбираться не будет. Другими словами, не исполнил предприниматель свои договорные обязательства – тут же могут поставить вопрос о его уголовной ответственности. Тут и лучшие адвокаты Санкт-Петербурга по уголовным делам могут оказаться в затруднении. И для многих и многих недобросовестных сотрудников правоохранительных органов неисполнение гражданско-правовых обязательств будет означать как раз тот желаемый состав преступления, который предусмотрен статьей 159.4 УК РФ. И, боюсь, мало кто вспомнит, что мошенничество в предпринимательской деятельности как состав преступления, кроме того, предполагает еще и причинение потерпевшему ущерба, противоправность действий и наличие умысла, который обязательно должен возникнуть, между прочим, еще до того, как злоумышленник получил чужое имущество в свое распоряжение. Адвокаты по экономическим преступлениям в Санкт-Петербурге это хорошо понимают.

В общем, не исключено, что статья 159.4 УК РФ для некоторых правоохранителей будет оставаться такой же надежной кормушкой, какой прежде была ст. 159 УК. Не будем забывать, что по данной статье в России выносится примерно 25 тыс. обвинительных приговоров в год, и значительная их часть в лучшем случае весьма и весьма не безупречна.